Третья жизнь петровского дуба. История векового дерева

В XIX веке на одной из каменноостровских дач провел два летних сезона Александр Пушкин. Как раз в это время поэт, по словам Петра Чаадаева, был «очень занят своим Петром Великим», над «Историей» которого он работал вплоть до своей смерти. Можно не сомневаться, что, бродя «за городом, задумчив», Пушкин не раз преодолевал несколько сотен метров на пути от дачи Доливо-Добровольского к петровскому дубу.

На рубеже XIX – XX веков, когда участки на острове стали сдавать под застройку, здесь развернулось строительство особняков по проектам модных архитекторов. В 1914 году Столпянский отмечал: «Каменный остров еще сохранил характер парка, еще не вполне исчезли вековые деревья, но с каждым годом строительная деятельность на нем усиливается…». К этому времени знаменитый дуб уже был признан исторической реликвией: его окружала ограда, вокруг которой стояли четыре массивные тумбы с цепями, оберегавшие дерево от наезда повозок и экипажей.

В середине 1950‑х годов вековое дерево еще сохраняло раскидистую крону. Когда дорогу возле него (ныне — набережную реки Крестовки) покрыли асфальтом, дуб оказался практически на проезжей части. Мимо все чаще проносились машины: водители пытались объезжать пробки на Кировском (Каменноостровском) проспекте. С каждым годом дерево лишалось ветвей: сказывались отсутствие питания и должного ухода, воздействие реагентов и выхлопных газов.

Ситуацию пытались исправить сотрудники Института радиовещательного приема и акустики имени А. С. Попова — дерево росло как раз вблизи забора этого учреждения. Как вспоминал научный сотрудник института Ромуальд Домбровский, не один десяток лет сотрудники НИИ поливали и подкармливали старый дуб, убирали опавшие листья и «лечили» небольшие повреждения.

Но это не помогло, и в 1989 году журнал «Костер» с грустью писал: «Стоит дуб Петра и сейчас — могучий ствол, узловатые ветви. Но нет уже кроны, задушен асфальтом…». Вскоре остатки кроны спилили, а прогнивший ствол законсервировали.

Судьбу оставшегося пня долго не могли решить: поставить тут памятный знак или посадить новое дерево? Наконец, в июле 2003 года на месте петровской реликвии высадили новый саженец — высотой шесть метров. Он вырос из желудя, взятого в Екатерининском парке. Табличка на ограде сообщала: «На этом месте Петр Великий, по преданию, посадил дуб. В год 300‑летия Санкт-Петербурга здесь вновь посажено дерево».

Ему, однако, было отмерено лишь чуть более семи лет жизни. В октябре 2010 года дуб под покровом ночи спилили неизвестные вандалы. Кому и зачем понадобилось это делать, так и осталось неизвестным. Спустя несколько дней утраченную достопримечательность восстановили на прежнем месте: на этот раз в официальной церемонии принял участие писатель Даниил Гранин.

С тех пор на дерево никто не покушался. А вот судьба его «соседа» оказалась не столь удачной: после банкротства Радиовещательного института, случившегося в начале нынешнего века, все корпуса на берегу Крестовки снесли, и теперь на их месте высятся элитные коттеджи.